|
Гость нашей рубрики сегодня - президент ассоциации предприятий строительного комплекса «СредВолгСтрой», член Ассоциации строителей России, действительный член Российского общества инженеров строительства, Почетный строитель России Сергей Николаевич Кузнецов. Он участвовал в строительстве объектов в разных городах России и бывшего Советского Союза. И сегодня продолжает строить, переориентировавшись с государственной службы заказчика на рынок коммерческий. Сергей Николаевич честно говорит: «Я не отношу себя к категории современных бизнесменов и как профессиональный строитель не могу позволить себе организовывать строительство с низким качеством. Мне сложно понять, как можно строить очень высококачественно и одновременно очень дешево»
- Сергей Николаевич, вы проработали в строительной отрасли всю жизнь. Та ситуация, которая сегодня сложилась на рынке недвижимости и в строительном секторе Самары, вас больше радует или огорчает?
- Больше огорчает. Во-первых, сегодня полностью отсутствует ответственность строителей за построенные ими объекты. Во-вторых, нет надзора за строительством со стороны государства, а это должно быть обязательно. Можно радоваться тому, что увеличиваются объемы ввода жилья и внедряются новые технологии, но они тоже нарушаются.
Основная задача сегодня - уйти от того, что происходит в строительном комплексе. Один из путей решения этих вопросов - принятие закона о саморегулируемых организациях.
- Вы - член Ассоциации строителей России, являющейся одним из авторов закона о СРО. Как вы оцениваете данный закон?
- Закон прогрессивный и своевременный, тем более в преддверии вступления России в ВТО. Я считаю, что сегодня он необходим во всех отраслях экономики.
В России, в отличие от Запада, совершенно не работает страховой принцип гарантии качества работ строительных компаний. Там страхование работает очень жестко, и если подрядчик отходит от строительных норм при выполнении работ, он моментально лишается страховки. Обратите внимание, там нет стандартов, обязательных для всех, принятых на федеральном уровне. Как было с нашими ГОСТами. Есть технологические регламенты, рекомендованные к применению. Плюс к этому разрабатываются стандарты на уровне отдельных корпораций, предприятий либо в рамках ассоциаций. На каждой строительной площадке работает представитель страховой компании, который осуществляет технический надзор за исполнением рекомендованных данной компании стандартов. А потребитель уже выбирает строительную компанию исходя из условий, по которым она работает. Такие же правила игры должны применяться и у нас. Ведь сегодня 90% строительных организаций не страхуют выполняемые ими работы. Поэтому сейчас нам нужно активно к этому готовиться. Страховые компании должны работать на рынке. Если все будет организовано правильно, то и конкурировать между собой СРО должны по тем стандартам и правилам, которые у них есть.
- Вы думаете, в Самаре будет столько СРО, что они смогут между собой конкурировать?
- Конкуренция должна быть. Я считаю, что в Самаре будет 3-4 СРО, СРО должна быть создана и в Тольятти, к этому списку будут примыкать и строительные компании сельских районов области. Поэтому 4-5 организаций должны быть в обязательном порядке. Между ними будет создан координационный совет на уровне области или федерального округа. Причем последнее я считаю наиболее рациональным.
- Говорят, что СРО - это демократическая форма организации строительного рынка. В чем, по-вашему, суть этой демократии?
Полезное:
жилье Тюмень покупка, коттеджи
- Да, действительно, СРО - это демократическая структура. В каждой СРО должен быть президент, но у него нет абсолютной власти. Вход в СРО должен быть свободным для всех компаний, которые готовы принять правила игры выбранной ими СРО. Решение о зачислении новой организации в СРО принимает совет. Основные правила, по которым будет действовать СРО, утверждаются общим собранием. Президент также выбирается общим собранием и ему подотчетен, все его решения проходят через обсуждение на совете. Избранный президент СРО не может быть в руководящем составе ни одной из компаний, входящих в саморегулируемую организацию.
- По образованию вы профессиональный строитель?
- По образованию я инженер-механик. Я выбрал эту профессию потому, что механиками были мои родственники и работа с железом - мужская профессия, а я с детства любил машины. После школы устроился на предприятие строительного комплекса и так и остался работать в строительстве. Ведь, во-первых, это дело мне по душе, а во-вторых… Да и во-вторых - по душе.
Сегодня я являюсь генеральным директором ООО «Средне-Волжская строительная компания», президентом ассоциации предприятий строительного комплекса «СредВолгСтрой», членом правления Самарского отделения Российского общества инженеров строительства, здесь я использую свой жизненный опыт, опыт управленческих и технических решений.
- Сергей Николаевич, за свою трудовую жизнь вы принимали участие в строительстве десятков объектов, какие из них запомнились вам больше всего?
- Мне по душе большие стройки. Я всю жизнь относился к жилищному строительству как к второстепенному объекту. Раньше, как вы знаете, все жилищное строительство было типовым, в городе строились дома-«близнецы». Для инженера, проектировщика или архитектора ничего интересного там быть не могло - привязать типовой проект к месту и выбрать цвет для покраски фасада. А вот промышленные стройки того времени, энергетическое строительство, например ГЭС, - это же красота. Эта работа осталась в моей душе.
- Вы работали только в Самаре?
- Я начинал свою трудовую деятельность на заводе слесарем по ремонту грузоподъемных машин. Затем работал в институте организации энергетического строительства («Оргэнергострой»). Трудился на стройках в разных городах: в Нижнекамске (строительство Нижнекамского шинного завода, Нижнекамской ТЭЦ), Набережных Челнах (ГЭС), Самаре (Самарская ТЭЦ), Тольятти (ТЭЦ АвтоВАЗа), Шевченко, Гурьеве, Нижневартовске, Андижане (строительство гидроузла на реке Кара-Дарья). Потом работал в Октябрьском райкоме комсомола, откуда перешел на завод им. Тарасова. Здесь мы строили внутризаводские объекты, цеха. Строили жилье на ул. Советской Армии, Ново-Садовой, Московском шоссе. Следующий этап - работа в административных структурах - заместителем главы администрации Волжского района, заместителем руководителя департамента строительства, архитектуры, жилищно-коммунального и дорожного хозяйства администрации Самарской области. Участвовал в строительстве таких объектов, как Дом ветеранов, Самарский областной онкологический центр, поселок инвалидов-колясочников, и ряда других.
На сегодняшний день наша организация - ООО «Средне-Волжская строительная компания» - выполняет работы на объектах гражданского строительства.
- Практически всю жизнь вы проработали на государственной службе, а сегодня руководите коммерческим предприятием. Переход в бизнес был для вас сложным?
- Для меня это очень сложно. Я не отношу себя к категории современных бизнесменов - они более жесткие люди, наверное.
На государственной службе мне приходилось выступать в основном в роли заказчика строительства, и я себя достаточно комфортно чувствовал. Мне были понятны мои задачи и требования. Сейчас как подрядчику мне достаточно сложно. Очень часто сегодня люди хотят иметь высокое качество по низкой цене. Как профессиональный строитель я не могу позволить себе организовывать строительство с низким качеством, но мне сложно понять, как можно строить очень высококачественно и одновременно очень дешево. Ведь всем известно, что дешевый труд дает дешевый результат.
- Сергей Николаевич, как профессионал своего дела, что вы вкладываете в понятие «профессия строитель»?
- Строитель - это созидатель. Это возможность проявить свой творческий потенциал. Поэтому главный человек в строительстве - архитектор, он - самый творческий человек. Но объект создается в триумвирате с другими специальностями. Конструкторы, технологи - самые грамотные люди, исполнители работ - самые умелые люди. Это, конечно, шутка. В любой работе нужны профессиональный, творческий подход, знание технологии производства и умение его организовать. Так же, как и в музыке, - только благодаря композитору, поэту и исполнителю появляются хорошие песни.
- Кстати, а какую оценку вы можете дать новому генеральному плану, как вы оцениваете этот документ?
- Для меня генплан - закон. Я так его понимаю. Разработчики создают документ, который отвечает особенностям городской среды, особенностям развития города, а инвесторы выбирают, что строить, а не диктуют разработчикам, где и что им хотелось бы построить. Я считаю, что генеральный план должен быть документом без права внесения в него постоянных изменений.
Сегодня меня особенно поражает застройка в центральной части города - она не может быть высотной здесь по определению. В скором времени мы вовсе перестанем узнавать центр. За границей, например, в Швейцарии в Берне или в Чехии в Праге, центр города - это музей. И ни у кого не возникает желания снести там все и построить на этой дорогостоящей земле высотки.
- Присвоение вам звания «Почетный строитель России» стало для вас достижением какой-то цели?
- Получение награды никогда не было моей целью. У меня их не так уж и много. Решение о выдвижении моей кандидатуры на присвоение звания «Почетный строитель России» было принято строительным сообществом. Эта награда присуждается за безупречную и долгосрочную работу. Я проработал в строительном комплексе всю жизнь, наверное, неплохо работал. Для меня это определенная оценка результатов моей работы - честной и добросовестной.
- Хотелось бы узнать о ваших личных увлечениях, что вы читаете, чем интересуетесь?
- Читаю сейчас очень мало, в основном прессу и техническую литературу.
Люблю машины, бардовскую песню, в свое время я был членом оргкомитета Грушинского фестиваля, участвовал в нем, выступал. Любил ходить в походы.
Люблю классическую музыку. Популярную, несложную классику. Больше нравится исполнение классических произведений современными оркестрами - Поля Мориа, Джеймса Ласта.
Люблю живопись. Натюрморт и пейзаж. Очень нравятся работы Вагана Каркарьяна. Его старая Самара дорогого стоит. Сегодня это очень важно, ведь это «последний из могикан», который успевает запечатлеть то, что скоро уйдет в историю, то, чего завтра может уже не быть.
- Сегодня много говорят о том, что Грушинский фестиваль сейчас потерял тот формат, в котором он проходил раньше. В прошлый раз фестиваль проходил на двух площадках. Какую форму проведения вы поддерживаете?
- Я за традиционную форму его проведения и совершенно не поддерживаю то, как сегодня все ударились в рынок. Фестиваль возник спонтанно, специально никто его не создавал. Его образовали люди, которые ходили в походы, пели у костров песни Владимира Высоцкого, Булата Окуджавы, Юрия Визбора, Юрия Кукина, кто-то писал свои песни. Я считаю, что фестиваль должен остаться таким, каким он родился. Ведь на рок-фестиваль не приглашают исполнителей народных песен, поэтому и на Грушинском фестивале не место джазу, року или попсе. Розенбаума у костра не запоешь, а вот Высоцкого… Эта песня, может быть, проще, но душевнее. Это фестиваль духовных единомышленников, и неправильно делать из него массовую тусовку.
|
